Тоширо наконец осознал масштаб сопротивления, остановился и обернулся к Мацумото, мрачный, надутый. По большому счёту, он терялся в этой ситуации - но ведь не может быть, чтобы не было способа остановить сумасшествие?.. Какой шаг может быть сделан следом за лазанием в капитанский шкаф и разговорами о нужности тряпок собственного тайчо на случай его безвременной кончины? В конце концов, должен же быть способ... Ах у неё с рассудком всё в порядке!.. Хицугайя-тайчо утратил и снова восстановил душевное равновесие - и (относительно) спокойно сказал:
— Мацумото!.. ты правда считаешь, что со здоровьем и рассудком лейтенанта, водящего собутыльников в комнату своего командира, в результате чего лейтенанта кусает капитанский шкаф, - всё в порядке?..
И я бы не хотел слышать от тебя слов «больше нечем заняться» — хотя бы до тех пор, пока чем заняться, кроме бутылки, не найдётся у тебя! Мацумото!.. не будем скандалить на улице - идём. Это приказ.